Как стать гениальным художником, не имея ни капли таланта

Хочешь быть художником? Будь им!

Книга, которую я обязательно прочту внуку

В издательстве «Гаятри», которое носит псевдоним Live book и специализируется на всяком необычном, вышла совершенно замечательная книжка Леонида Тишкова «Как стать гениальным художником, не имея ни капли таланта».

Уже на первой странице автор противоречит сам себе: «Самое большое заблуждение, что у нас с вами нет таланта. Он есть, надо только найти свое уникальное Я и незамедлительно начать культивировать талант, сразу, сейчас, шаг за шагом, без перерыва, работать на свой талант, как Мичурин выращивал яблоко размером с арбуз». (Если вы будете читать эту книгу ребенку, придется объяснить, кто такой Мичурин. А то за последние годы о нем понаписали кучу гадостей, как будто выдающийся селекционер-самоучка Иван Мичурин, труженик, каких немного, виноват в том, что его имя и достижения использовал в своих корыстных целях противный Трофим Лысенко.) Вообще, с фамилиями Леонид Тишков обращается удивительно. И не только с фамилиями. Никакого сведения счетов! Никакого снобизма! Все имеет право на существование.

Для ребенка, которого с реальностью примиряло только рисование, человек, который «замечательно умел писать разбавленным мелом буквы на красном полотне, а по вечерам делал искусственные цветы для могилок», – художник. Бомжеватый наивный мастер, который «писал картины на обрезках оргалита, фанере и кусках жести простой бытовой масляной краской», – тоже художник. Сосед, который «выпиливает и разукрашивает наличники, да так, что никто не пройдет безразлично мимо его дома», – еще какой художник! «Но больше всего мне нравились маляры… Ярко-голубой прямоугольник загорается, сверкает под лучами солнца, как зеркало, отражающее небо. А вокруг – зеленые картофельные огороды с искрами фиолетовых цветов». По-моему, ясно: дело не в соседях и не в малярах. Дело в том, кто смотрит и видит. Художник – как раз он.

«Мать вяжет коврики из «махориков» – разорванной на ленты старой одежды. Яркие, солнечные по содержанию и по форме, они лежат повсюду… Над кроватью «Утро в сосновом бору» Ивана Шишкина – тоже картина! А рядом – «Незнакомка» Крамского в рамке, репродукция. У Антонины Кузьминичны, учительницы, и Петра Григорьевича, начальника автобазы, друзей моих родителей, – портрет Ленина работы Бродского, а у нас Крамской».

Все это обычно вырезалось из «Огонька». Там маленький Леня впервые увидел картины Левитана и Сурикова, Репина, Рафаэля и Рубенса. А потом старший брат привез ему пару номеров журнала «Америка», где юный любитель живописи увидел репродукции совсем других картин, которые перевернули его сознание: «Зеленый карлик представлял собой странное зеленое существо, не человека даже, а некое зеленое пятно в окружении голубого цвета. Так я впервые увидел картину, которая не изображала ничего конкретного. Она несла какую-то иную информацию, просто была, существовала в этом мире и удивляла своей необыкновенностью».

После того как сознание перевернулось, Леня Тишков стал учиться. У Ван Гога – видеть, как при свете молнии. У Левитана – смотреть другими глазами на простую вроде бы осень. У Анри Руссо – изображать то, чего никогда не видел, настолько убедительно, чтобы всем казалось: только такими могут быть, к примеру, джунгли, тропические цветы, удивительные звери. У Ци Байши – рисовать камыш: «Разворот кисти, движение снизу вверх, вытянутое пятно головки камыша – и камыш как живой растет на листе бумаги».

И вот после всего этого Леня, то есть уже, конечно, Леонид Тишков, поступает в… медицинский институт. Почему? Примерно потому же, почему его друг Миша поступил в военное училище. Мишин папа сказал сыну: «Станешь художником и будешь совершенно бедным человеком. Ты даже не сможешь содержать семью. Иди в военное училище: там всегда тебе дадут обувь, там казенная одежда там по крайней мере, питание, казенный харч. А художник, Миша, это голь перекатная».

Вот и Леня пошел учиться на врача. Но талант брал свое, и он стал параллельно учебе рисовать карикатуры и печатать их в столичных журналах. Леня захотел бросить мединститут, но мама сказала: нет, сынок, ты уж лучше доучись, а там делай, что хочешь. И Леня доучился. Но стал не врачом, а художником. Теперь вот и писателем.


Юлия РАХАЕВА

Вечернаяя Москва

Юлия Рахаева
Вечерняя Москва
07 августа 2007