Анамнез

Блюститель абсурда. О том, как Бильжо правду искал

- Вы были замечены на Второй Московской биеналле современного искусства. Чем привлекло вас это мероприятие и как оцените увиденное?

- В общем-то, то, чем я занимаюсь, это и есть современное искусство. Петрович - это только повод, инструмент, стеклышко, через которое можно рассмотреть изменяющуюся действительность. Этот сквозной персонаж объединяет множество аллюзий и каламбуров, связанных с элементарным знанием отечественной культуры. К тому же Петрович все время меняется, я придумываю для него новые форма существования: от мультфильмов до песен. Современное искусство - это придумка, прежде всего. Сейчас я придумал сделать такую книжку про Петровича, аналогов которой я еще не видел у нас - чтобы было много рисунков и много коротких историй. А недели через две выйдет компьютерная игра по Петровичу, работа над которой велась целый год. Игра длится четыре с половиной часа, имеет 25 уровней - квест такой. Куда современнее?

На самом деле, кураторы и арт-критики сегодня предпочитают говорить не современное искусство, а актуальное искусство. Мы как-то раз обсуждали этот вопрос вместе с Олегом Куликом и Леонидом Бажановым на "Культуре". Получилось так, что все характеристики, которые определяли актуальное искусство, прежде всего, касаются именно карикатуры, потому что актуальнее карикатуры ничего нет.

- А какую задачу вы как актуальный художник ставите себе и Петровичу?

- Подкузьмить, спровоцировать, разбудить и в хорошем смысле раздражать зрителя, обывателя для того, чтобы он как-то очнулся от монотонного хождения по жизни и обратил внимание на то, что вокруг что-то такое есть: что красота может быть вот такой, что тревога может быть вот такой.

- А как врач-"мозговед" можете ли вы констатировать, что пубертат у вас закончился?

- Пубертат - это вообще тема моей диссертации. Я занимался положительными случаями юношеской шизофрении и в ее контексте пубертатным периодом. В частности темой инфантилизма и ювенилизма - это когда "вечная юность". Черты ювенилизма и черты инфантилизма, конечно, во мне сохранились. Без них нельзя было бы заниматься тем, чем я занимаюсь.

- Да? А у Петровича, как кажется, пубертат закончился очень давно, даже не успев толком начаться.

- Да, он серьезный мужчина.

- Именно поэтому он и смешон?

- Да, вполне возможно. В этом смысле уморительно смотреть на заседание государственной Думы. Зал, в котором сидит 200 или 300 мужиков в костюмах, - это уже само по себе какой-то идиотизм: ну, вот они сидят, а тут перед ними один выступает, а потом другой, даже вне зависимости от того, о чем они говорят. Серьезные и пафосные люди лишены какой-то человечности.

- Как, на ваш взгляд, выглядит образ современной женщины. Скажем, Ксюша Собчак - это современная женщина?

- Так много о ней говорят, что я даже затрудняюсь. Нет, это не современная женщина. Это уже и не женщина. Это такой миф, такая легенда, которая отдельно летает. Мы про нее практически ничего не знаем. Это некая оболочка - вот она что-то говорит, и так она должна говорить, а вот так одеваться, вот так двигаться, потому что так она себе придумала этот миф. Но, на самом деле, мы совсем не знаем, как она ест щи, какая она встает утром, потому что она никогда не скажет, что "я люблю есть черный хлеб с кефиром", например, ведь это противоречит тому имиджу, который она придумала. Она скажет, что любит фуагра… Я могу за нее все рассказать, могу, вообще, давать интервью за нее.

- А еще за кого?

- Ну, за нее могу вполне спокойно. Про фуагра, про устрицы, про те рестораны, куда она любит ходить, про те фильмы, которые она любит смотреть. Потому что придумана легенда, и дальше становится скучно. Многие нападают на Ксюшу Собчак с критикой, но я бы не стал судить ее так строго. Личность она, безусловно, неординарная, коль скоро говорит, пишет книги, а люди ее слушают и читают.

- Петрович может жениться на Ксюше Собчак?

- Нет, Петрович не может жениться на Ксюше Собчак, но Ксюше Собчак бы не мешало задуматься о замужестве с Петровичем. Она должна очень хотеть выйти за него замуж, потому что ее это обогатит, я думаю, она увидит жизнь немного по-другому. Ведь можно так заиграться в придуманную тобой игру, что потом будет казаться, что все действительно так и есть на самом деле.

- А вы сами не боитесь заиграться в свою "игру"?

- Я играю в разные игры. Я говорю, что информация поступает мне в голову, как в мясорубку, и дальше в виде фарша вываливается оттуда, а я делаю котлеты. Говоря на презентации, что меня трудно остановить, я имел в виду, что мне было интересно делать новую книжку. Нет, я думаю, что Петровичу было бы интересно с Ксюшей Собчак, хотя подглядеть и понять, какой это человек на самом деле, конечно, интересно. Это всегда интересно - подглядеть, какой человек Путин. Ведь есть же какие-то стереотипы, которые нам подбрасывают, и народ все это читает и ест, а на самом деле, все может быть совсем не так.

- Андрей Георгиевич, а вы правда можете бровями дирижировать оркестром?

- Да, вполне. У меня даже было несколько подобных номеров в ресторане "Петрович".

- Какое самое выразительное лицо в сегодняшней медиа-сфере?

- Вы хотите, чтобы я фамилию какую-то назвал?... Предложите мне варианты.

- Вы, наверное, не знаете, но есть такой хип-хоп коллектив 2H Company - молодые петербуржцы, читающие рэп. Им недавно даже предложили сочинить музыку к балету для постановки в Мариинском театре. В песне "Мне нужны враги" они утверждают, что Путин, выступающий с новогодним поздравлением, такой трогательный и похож на уставшего ежика.

- Поэтому их взяли в Мариинский театр - образ такой добрый? Нет, я слишком люблю ежиков, я так не считаю. Мне ежики очень симпатичны, и если бы была возможность, я бы держал много-много ежиков. Нет, я не хочу ежиков обижать - не похож. Ежики гораздо лучше, добрее, мне кажется, честнее. Они наивные, незащищенные.

- В книжке есть еще образ курицы. Он ведь тоже очень важный?

- Да. Я давно рисую кур. Они - это такая молчаливая жертва. Человек пожирает курицу в огромных количествах, рубит ей голову, издевается над ней, а она такая абсолютно беззащитная. Несчастная абсолютно птица. Давно я придумал эту историю и в книжке написал: человек не знает, на самом деле, сколько эта птица живет, потому что убивают ее в молодости или в среднем возрасте. А если дать ей возможность пожить? Пожалуй, она вырастет в красивую птицу с огромных размахом крыльев, умную. Может, она развилась бы в такую - почище орла! Ноги ей рубят - ужас!

- Вероятно, наш гербовый орел - это и есть та самая выросшая курица?

- Они - антиподы. Курица - это другая сторона медали. Курицу жалко.

- Даже не знаю - толи плакать, толи смеяться? С Петровичем на каждом шагу в такие ситуации попадаешь.

- Ну и правильно. Этого я и пытаюсь достичь. Я не занимаюсь юмором. Я занимаюсь разведыванием границы, на которой человек не понимает, смеяться ему или плакать, грустно это или смешно. Эта полуправда, этот абсурд, тонкая граница мне и интересны.

- Кому бы Вы вручили премию "Золотой Петрович", если бы таковую устроить?

- Нужно хорошенько подумать. Скажу, что я вручил бы "Золотого Петровича", например, создателям фильма "Изображая жертву". Мне этот фильм очень понравился. Лично для меня, эта лента - одна из очень больших удач российского кино за последнее время. Еще, конечно, вручил бы фильму "Криминальное чтиво" Тарантино, одному из моих любимых.

- Как вам, кстати, показалась мультипликация в фильме "Изображая жертву"?

- Я как-то наткнулся в интернете, как какая-то девушка романтическая - а романтические девушки очень опасны, потому что они пафосны, а романтический пафос очень опасен - так вот, одна девушка написала критическую заметку о том, что ей фильм не понравился, но она, конечно, ничего просто не поняла, но заметку свою все же оставила. Она написала там, что анимацию-то, наверное, делал Бильжо - все такое же кривое. Вот какой комплимент она мне сделала.

- Петрович стал современным мифом. Но мифы живут и неизбежно умирают. Готовы ли вы к тому, чтобы Петрович, как миф, умер?

- Конечно, готов. Но просто я сам для приближения его смерти ничего не хочу делать. Он умрет тогда, когда придет его время. Но, судя по всему, время его не вышло. Слава богу, у меня, кроме Петровича, есть еще несколько графических языков: книжка Хармса нарисована в одном стиле, учебник русского языка - в другом. Так получилось, что все мои карикатуры называются Петрович, но если разобраться, то его - процентов 10% от общего объема.

- Любит ли Петрович космос так, как его любят в России? Хочет ли он туда?

- В моей книжке хорошо уживаются друг с другом Белки и Стрелка, и лайка, и Юрий Алексеевич Гагарин, и т.д. В каком-то смысле думаю, что Петрович хотел бы быть космонавтом, но уже в меньшей степени, чем раньше. Потому что космос уже стал обыденной вещью, и мы не знаем, летают ли там космонавты или нет. И такое ощущение, что они там все время летают. И как зовут-то их мы не очень знаем. И там уже туристы летают и прочее. Но Гагарин все равно кумир навсегда. И звездное небо все равно завораживает.


Сергей Разводов

Ozon.ru

Сергей Разводов
Ozon.ru
14 мая 2007